Начиная с 1992 года самым главным экономическим судом России являлся Высший арбитражный суд.
Он проверял в надзорном порядке решения нижестоящих инстанций. А иногда пересматривал их по вновь открывшимся обстоятельствам. Этими функциями работа ВАС не ограничивалась. Внутри суда было несколько управлений, которые занимались обобщением практики бизнес-споров. Судьи ВАС разъясняли актуальные вопросы судебной практики в своих постановлениях и разрабатывали новые законопроекты.
Так продолжалось до июня 2013 года. Тогда, выступая на Петербургском международном экономическом форуме, Владимир Путин предложил объединить в один суд ВАС и ВС. Зачем это понадобилось? Версии разнятся. Формально Кремль заявил о необходимости унифицировать судебную практику, чтобы она стала единообразной как для гражданских дел, так и для экономических.
Реформу провели быстро: уже летом 2014-го Высший арбитражный суд перестал существовать, а его функции перешли к новой коллегии по экономическим спорам в Верховном суде. При этом 4/5 судейского корпуса ВАС перестали быть судьями: в экономколлегию их не взяли.
![Андрей Переладов](img/photo-pereladov.jpg)
Андрей Переладов
Управляющий партнер офиса Коллегии в г. Кемерово, Сопредседатель Коллегии,
руководитель практик «Экология и природопользование», «Законотворчество»
22 года юридической романтики – именно так, на мой взгляд, следует охарактеризовать период российского правосудия с Высшим арбитражным судом России. Импульс, данный экономическому правосудию ВАС, был столь велик и энергетически чист, что до сих остается интеллектуальным эталоном руководящих указаний судебной системы. Мысли судебных актов ВАС вовсе не инертны, они по-прежнему ярки и актуальны, их аргументация фундаментальна. Это объясняется высочайшим профессионализмом судейского корпуса ВАС, умением не только улавливать запрос и тенденции экономического правосудия, но и своевременно снабжать юридическое сообщество функциональным инструментом устранения правовой неопределенности, основанным на глубоком научном подходе и анализе не только отечественного права, но и лучших зарубежных практик.
Смелость ВАС, заимствовавшего подходы иных юрисдикций для разрешения коллизий, не была угодой экстравагантности, она олицетворяла стремление оказать реальную помощь экономическому правосудию. Ярчайшим примером этого является институт «астрента», впервые упомянутый именно в Постановлении Пленума № 22 в 2014 году, за что ВАС подвергся инквизиторской критике. Но пришел 2015 год, когда норма об астренте появилась в ГК. Юридическое видение ВАС оказалось пророческим. И только стимулирующая конкуренция подходов правоприменителя и законодателя обеспечила появление этой архинеобходимой нормы для обеспечения исполнимости судебных актов. При оценивании периода существования ВАС приходишь к осознанному и во многом ностальгическому пониманию того, что в существовавшей политико-правовой среде российской действительности главным для ВАС РФ было право.